Жил-был на свете мельник, и был он бедный-пребедный, но была у него красавица-дочь. Случилось ему однажды вести с королём беседу, и вот, чтоб вызвать к себе уважение, говорит он королю:
— Есть у меня дочка, и такая она искусница, что умеет из соломы золотую пряжу прясть.
Говорит король мельнику:
— Это мне нравится. Если дочь у тебя такая искусница, как ты говоришь, то приведи её завтра ко мне в замок: пусть покажет мне своё искусство.
Привёл мельник девушку к королю, отвёл её король в комнату, полную соломы, дал ей прялку веретено и сказал:
— А теперь принимайся за работу. Но если ты за ночь к утру не перепрядёшь эту солому в золотую пряжу, то не миновать тебе смерти.
Запер он её на ключ, и осталась она там одна. Вот сидит бедная Мельникова дочка, не знает, что ей придумать, как свою жизнь спасти, — не умела она из соломы золотую пряжу прясть. И стало ей так страшно, что она, наконец, заплакала. Вдруг открывается дверь, и входит к ней в комнату маленький человечек и говорит:
— Здравствуй, Мельникова дочка. Чего ты так горько плачешь?
— Ax, — ответила девушка, — я должна перепрясть солому в золотую пряжу, а я не знаю, как это сделать.
А человечек и говорит:
— Что ты мне дашь за то, если я тебе её перепряду?
— Своё ожерелье, — ответила девушка.
Взял человечек у неё ожерелье, подсел к прялке, и — турр-турр-турр — три раза обернётся веретено — вот и намотано полное мотовило золотой пряжи. Вставил он другое, и — турр-турр-турр — три раза обернётся веретено — вот и второе мотовило полно золотой пряжи, и так работал он до самого утра и перепрял всю солому, и все мотовила были полны золотой пряжи.
Только солнце взошло, а король уже явился. Увидел он золотую пряжу, удивился и обрадовался, но стало его сердце ещё более жадным к золоту. Велел он отвести Мельникову дочку во вторую комнату, а была она больше первой и тоже полна соломы, и приказал он девушке, если жизнь ей дорога, всю солому за ночь перепрясть.
Не знала девушка, как ей быть, как тут горю пособить. Но вот снова открылась дверь, явился маленький человечек и спросил:
— Что ты дашь мне за то, если я перепряду тебе солому в золото?
— Дам тебе колечко с пальца, — ответила девушка.
Взял человечек кольцо, начал снова жужжать веретеном и к утру перепрял всю солому в блестящую золотую пряжу. Увидел король золото, обрадовался, но ему и этого показалось мало и велел он отвести Мельникову дочку в ещё большую комнату, а соломы в ней было полным-полно. И сказал ей король:
— Ты должна всё это за ночь перепрясть. Если тебе это удастся, станешь моею женой. Хоть она и дочь мельника, — подумал он, — но жены богаче её мне во всём свете не найти.
Осталась девушка одна, и явился в третий раз маленький человечек и спрашивает:
— Что ты дашь мне за то, если я и на этот раз за тебя солому перепряду?
— Нет у меня ничего, что я бы могла тебе ещё дать.
— Тогда пообещай мне своего первенца, когда станешь королевой.
Кто знает, как оно там ещё будет! — подумала Мельникова дочка. Да и как тут было горю помочь? Пришлось посулить человечку то, что он попросил. И человечек перепрял ей за это ещё раз солому в золото.
Приходит утром король, видит — всё сделано, как он хотел. Устроил он тогда свадьбу, и прекрасная дочь мельника стала королевой.
Прошёл год, и родила она прелестное дитя, а о том человечке и думать позабыла. Как вдруг входит он к ней в комнату и говорит:
— А теперь отдай мне то, что обещала.
Испугалась королева и стала ему предлагать богатства всего королевства, чтобы он только согласился оставить ей дитя. Но человечек сказал:
— Нет, живое мне милей всех сокровищ на свете.
Опечалилась королева, заплакала, и сжалился над ней человечек:
— Даю тебе три дня сроку, — сказал он, — если за это время ты моё имя узнаешь, то пускай твоё дитя у тебя останется.
Королева всю ночь вспоминала разные имена, которые когда-либо слышала, и отправила гонца по всей стране разведать, какие есть еще имена на свете. На другое утро явился человечек, и начала она перечислять имена, начиная с Каспара, Мельхиора, Бальтазара, и назвала по порядку все имена, какие знала, но на каждое имя человечек отвечал:
— Нет, меня зовут иначе.
На другой день королева велела разузнать у соседей, как их зовут, и стала называть человечку необычные и редкие имена:
— А может, тебя зовут Дохлая кляча, или Баранья нога, или Косолапый?
Но он всё отвечал:
— Нет, меня зовут иначе.
На третий день вернулся гонец и сказал:
— Ни одного нового имени найти я не мог, но вот забрёл я далеко-далеко, к высокой горе, покрытой густым лесом, и увидел там маленькую избушку, пылал перед нею костёр, а через него скакал смешной, забавный человечек, он прыгал на одной ножке и кричал:
— Нынче пеку, завтра пиво варю,
У королевы дитя отберу;
Как хорошо, что никто не знает,
Что Хламушкой меня называют!
И обрадовалась же королева, услыхав это имя! Вскоре к ней в комнату явился опять человечек и спросил:
— Ну, госпожа королева, как же меня зовут?
А она сначала спросила:
— Может быть, Кунц?
— Нет.
— А может быть, Гейнц?
— Нет.
— Уж не Хламушка ли ты?
— Это тебе сам чёрт подсказал, сам чёрт подсказал! — завопил человечек и так сильно топнул со злости ногой, что провалился в землю по самый пояс. А потом схватил в ярости обеими руками левую ногу и разорвал себя пополам.
