Жил на свете бедный-пребедный мужичок, и была у него жена, а детей не было. Дожили они до того, что хлеба купить не на что.
— Эх, жена,- говорит мужик,- поведем на базар последнюю коровенку, продадим да хлеба купим.
Пошел мужик корову в город продавать, а навстречу ему из города священник с причтом.
— Здравствуй, Тарас!
— Здравствуй, батюшка!
— Куда это ты, Тарас, козу ведешь?
— Батюшка, это же корова!
— Нет, светик, это коза, вот и дьякон тебе скажет.
— Да, это коза! — говорит дьякон.
Растерялся мужичок, а поп увещевает:
— Брате Тарасе, продай мне эту козу, вот тебе три рубля!
Нечего делать мужичку, продал он попу свою корову за три рубля, вернулся домой и говорит жене:
— Какая ты глупая, вместо коровы козу мне на поводке дала.
Напустилась на него жена.
— Что ты, ума решился? Козы все дома, а коровы нетути.
— Ну, баба, что делать? Я продал корову священнику, как-нибудь потом разберемся.
Снова пришло воскресенье. Едет Тарас в город и знает, что священник с причтом обязательно зайдет в трактир отобедать. Подговорил он трактирщика:
— Я выпью и закушу на гривенник, а ты говори, что на сто рублей.
Сидят причетники с попом в соседнем номере и говорят между собой:
— Каков наш мужик Тарас: за один обед сто рублей просадил! Мы вчетвером и то рублей десять истратим, а он сто рублей!
Смотрят они в щелку: чем это Тарас будет расплачиваться. А Тарас втащил в трактир большущий колпак, аршина в полтора. Стукнул по колпаку:
— Ну что, трактирщик, уплачено?
— Уплачено сполна.
Поп со своим причтом смотрят на это и диву даются.
В другой раз стукнул Тарас по колпаку.
— Будьте здоровы, пан трактирщик!
В третий раз стукнул-говорит трактирщик:
— Ну, молодец, Тарас, платить умеешь.
Священник и говорит:
— Братья причетники, купим у Тараса этот колпак: он пригодится нам — каждую поездку будет для нас даровой обед в трактире. Ты, дьякон, клади на кон двадцать пять рублей, дьячки положат вместе двадцать пять, а я один пятьдесят; за сто рублей, может, продаст колпак.
Едет Тарас домой, догоняет его священник:
— Знаешь что, Тарас? Продай нам этот колпак:
он будет нас выручать. Сколько ты за него возьмешь? Мы согласны дать тебе пятьдесят рублей серебром.
— Нет, батюшка, никак нельзя отцовское благословение в чужие руки отдавать: хоть изредка случится в городе быть, так вволю попью-погуляю.
— Послушай, Тарас, вот тебе сто рублей серебром.
— Нет уж, батюшка, если хотите купить, то продам за сто пятьдесят рублей.
— Ну, причетники,- говорит священник,- покупаем, а то кто-нибудь дороже даст.
Купили они колпак за сто пятьдесят рублей. Приезжает Тарас домой и говорит жене:
— Ну, хозяйка, ругала ты меня, что я корову за, три рубля продал, зато теперь продал я свой колпак за сто пятьдесят рублей.
Стал Тарас хозяйством обзаводиться, а священник ждет не дождется праздника, чтобы поехать в город на дармовой обед. Поехали причетники с женами и няньками и с детьми в город. Заказывают трактирщику:
— Дай-ка нам на двести рублей попить-погулять. Трактирщик рад стараться: подал разных кушаний и напитков на двести рублей. А как только отобедали:
— Ну, батюшка, пожалуйте расчет! Батюшка вылазит из-за стола:
— Сейчас, господин трактирщик! Принес пономарь со двора колпак. Стукнул священник по колпаку ладонью.
— Ну как, в расчете, трактирщик?
— Нет, поп, давай деньги!
Священник передал колпак дьякону, чтобы дьякон ударил по колпаку. Дьякон бил-бил, а трактирщик по-прежнему расчет спрашивает. Все причетники лупили кулачищами по колпаку, а трактирщик знай свое твердит:
— Давай деньги!
Стали складчину собирать причетники, заняли денег у знакомых и заплатили трактирщику.
Тарас года за два прожил полученные за колпак деньги, а потом и говорит жене:
— Вот что, баба! Ложись-ка на лавку да смотри не шевелись, а я поеду за священником, скажу ему:
«Батюшка, пожалуйте исповедовать: моя хозяйка очень больна».
Приезжает мужик к священнику.
— Ну, зачем ты приехал?
— Сделайте милость, батюшка, пожалуйте исповедовать: хозяйка умирает.
Собрался поп и поехал с Тарасом. Входят в хату, а хозяйка лежит уже мертвая, прибранная.
— Батюшка,- говорит Тарас,- благословите вы меня! Есть у меня старинная дубина (еще от сотворения мира), я огрею жену три раза этой дубиной, она сразу оживет.
— Ну, коли эта дубина еще от дедов-прадедов сохраняется — благословляю!
Батюшка со страху вышел в сени, а Тарас ударил три раза дубиной по лавке. Жена мужика зашевелилась, застонала. Удивился батюшка, что человек ожил. Входит он в хату, а баба уже сидит на лавке и покачивается. Тарас поднес ей ковшик холодной водицы, она и вовсе очухалась.
Батюшка похвалил Тараса и поехал домой. В тот же день собрал он свой причт и рассказал ему о диковинном воскресении жены мужика.
— Вот кабы нам эту дубину купить; как мы постоянно на похороны ездим, то оживляли бы этой дубиной покойников. Давайте сложимся и купим у мужика дубину.
— А вы, батюшка, съездите поторгуйтесь.
— Нет, поедем все вместе к нему.
Приезжают они к Тарасу.
— Не продашь ли, Тарас, дубину, которая людей оживляет?
— Продам.
— Сколько возьмешь за нее?
— Ах, батюшка, дайте пятьсот рублей.
Стали причетники совещаться.
Поп говорит складываемся, я двести пятьдесят рублей, а вы, причт, втроем двести пятьдесят.
Отдали деньги мужику и забрали с собой дубину. Только они приехали домой — навстречу им купец богатый.
— Батюшка, у меня сегодня жена умерла, побеспокойтесь тело схоронить.
— Сейчас, господин купец, приедем.
Быстро собрались они, взяли с собой дубину. Приезжают, лежит на столе тело. Говорит поп дьякону:
— О, о, мы ее воскресим! Тащи-ка, пономарь, дубину!
Удивляется купец, зачем пономарь дубину несет. Ударили причетники мертвую купчиху три раза — не оживает. Доложили родственники купцу о таком надругательстве над покойницей. Купец подал жалобу начальству, что причетники усопшую купчиху так побили. Вот и потащили их всех недолго думая в суд на расправу.
