Жил царь, жадный и жестокий.
Однажды он приказал созвать во дворец всех портных, ткачей, вышивальщиков и сказал им:
— Слушайте, мастера! Что согревает нас в холодные зимние ночи? Одеяло. Что укрывает нас от зноя? Одеяло. Скажу коротко: человек без одеяла — что конь без седла. Так вот: кто сошьёт одеяло точно по нашему царскому росту, получит в награду руку нашей дочери, царевны Рачии Огнеглазой и полцарства в придачу. Но тот, кто принесёт слишком длинное или слишком короткое одеяло, станет нашим рабом. Мы всё сказали, о люди, и наше царское слово дороже золота, крепче алмаза.
Ткачи, портные и вышивальщики принялись за работу. Одни из них стегали одеяла на вате и на пуху, мягкие и тёплые, как шерсть горной козы; другие ткали одеяла из сверкающих шёлковых нитей, лёгкие, как облако; третьи, растянув на пяльцах бархат, вышивали по нему золотом и серебром тончайшие узоры. Они украшали одеяла яркими кистями, обшивали мехом и подбивали парчой. Но ни один из них не мог угодить царю.
Если ему приносили длинное одеяло, он нарочно накрывался им не вдоль, а поперёк и ворчал:
— Гляди, твоё куцее одеяло не покрывает даже моих ног!
Если же одеяло было коротким, он сжимался в комок и кричал на весь дворец:
— Глупый, ты сшил одеяло на великана. Не видишь, я тону в его складках!
И никто не смел перечить царю.
Тысячи несчастных, проклиная судьбу, становились рабами жадного царя. Закованные в цепи, они работали день и ночь в глубине горных пещер, не видя солнца и не зная отдыха.
Слух о злодеяниях царя дошёл до одного портного. Этот портной был стар, беден и хром. Он ходил опираясь на палку и никогда не помышлял о царевне Рачии Огнеглазой. Но у старого портного было доброе сердце. Он сказал своей жене:
— Клянусь папахой, или я умру или выручу этих несчастных. Пусть будет, что будет!
Из обрезков ситца он сшил одеяло точно по росту царя, взял на дорогу горсть чортана — сухого творога — и пошёл во дворец, опираясь на свою суковатую палку.
В горах, где гуляют тучи и сверкает вечный снег на вершинах, ястребиным гнездом высился царский замок, окружённый зубчатыми стенами, укреплённый бойницами и украшенный изображениями каменного вишапа — дракона, разевающего свою страшную пасть.
Портной смело подошёл к окованным железом воротам и попросил доложить о себе царю.
Царские слуги взглянули на лоскутное одеяло и подняли портного на смех:
— На что ты надеешься, хромой безумец! Царь и глядеть не станет на твои лохмотья!
— Я надеюсь на верного помощника, с которым много лет не расстаюсь, — ответил, усмехаясь, портной.
Слуги не поняли его слов, но, помня строгий приказ, ввели портного в покои царя.
Царь взглянул на портного и поморщился, потому что портной был стар, худ и хром. От такого работника нельзя было ждать большой прибыли. Но он не захотел при слугах нарушить своего царского слова и сказал:
— Ва!.. Хвалился ишак конём стать, да уши помешали? Самые искусные мастера не сумели сшить одеяла по моему росту, а этот нищий оборванец надеется угодить мне?
— Не было бы ишака, пришлось бы коню возить на себе хворост, — ответил портной. — Примерь моё одеяло, о царь, и пусть я потеряю папаху, если оно не придётся тебе точно по мерке.
— Накройте меня ветошью, которую этот урод осмеливается называть одеялом, — приказал царь.
Царские слуги накинули на царя одеяло, и оно покрыло его с головы до ног.
Но царь в один миг перевернул одеяло поперёк, и все увидели, что царские ноги в алых бархатных туфлях торчат наружу.
— Наденьте на этого безумца собачий ошейник и посадите его на цепь посреди двора, — сказал царь. — Пусть он по ночам пугает лаем летучих мышей.
Услышав слова царя, слуги стали смеяться над бедным портным.
— Умный человек смеётся после всех, — сказал мастер и ударил царя по ногам своей суковатой палкой.
Царь взвыл, как буйвол, и спрятал ноги под одеяло, а слуги так и замерли с открытыми ртами, поражённые дерзостью портного.
— Немедленно казните дерзкого! — крикнул царь.
— О царь, — остановил его портной, — одеяло-то пришлось тебе точно по росту, а я слышал, что твоё царское слово дороже золота, крепче алмаза.
Крик гнева застрял у царя в горле; он вспомнил старую поговорку: «Кто обманул сегодня, — тому не поверят завтра». Дрожа от бессильной злобы, царь ответил:
— Ты прав, портной. Моё слово дороже золота, крепче алмаза. Я отдам тебе полцарства и царевну Рачию, но только в том случае, если ты поклянёшься молчать о том, что ударил царя.
— О царь! — ответил портной. — Мне не нужно царства, и я не достоин даже глядеть на Рачию Огнеглазую. Выпусти из горных пещер несчастных рабов, и я уйду, отвешивая тебе низкие поклоны.
Попав в капкан, лисица сама себе отгрызает лапу. Вместе с портным пришлось царю отпустить всех рабов, да ещё пожелать им добра на дорогу.
