Жил-был паренек Хуан, пас отцовских коз. Каждый день выгонял он коз на один и тот же луг. Вот отец как-то ему и говорит:
— Послушай, что ты гоняешь наших коз каждый день на тот же самый луг? Весь луг уж облысел, травы совсем не осталось. Гони их теперь вон туда, на новое место.
Хуан так и сделал. Погнал на следующий день коз на другой луг. А там поблизости был монастырский огород. Забрались козы в огород, а Хуан как раз под деревом и задремал. Проснулся Хуан — нету коз, как сквозь землю провалились. «Не к монахам ли,- думает,- забрались мои козы?» Пошел спросить у монахов, не видали ли они тех коз. А монахи-то всех коз переловили и заперли у себя. Им так настоятель приказал. Жаден был настоятель до чужого добра.
— Нет,- отвечают монахи Хуану,- не видели мы коз.- Хотели монахи тех коз украсть.
Вернулся Хуан домой один, а отец спрашивает:
— Ну, а козы-то где?
— Паслись козы у монастырских огородов, а я вздремнул под деревом. Проснулся, а коз нет. Наверное, они у монахов, так я думаю.
— Что же теперь делать? — встревожился отец.
— Не беспокойся, отец, не хлопочи. Я уж знаю, как делу пособить.
Оделся Хуан бедным монахом, чуть не нищим, и пошел в монастырь. Приходит туда, навстречу ему монах. Спрашивает гостя, что ему надобно.
— А ничего не надобно,- отвечает Хуан, — только переночевать; иду я далеко, к одному отшельнику, да ночь в дороге застала. Только о ночлеге и прошу.
Пошел тот монах к своей братии и говорит, что вот, бедный монашек просит приютить его на ночь.
Пустили Хуана в монастырь.
Входит он, дали ему поесть. Ни кровати, ни полатей для него, правда, не нашлось.
— Ни кровати, ни полатей мне и не надо, — говорит Хуан.- В любом уголке пристроюсь, на полу пересплю. Все равно завтра рано утром вставать.
Монахи смотрят, какой он грязный да оборванный, к себе спать не приглашают, говорят, пусть у настоятеля в келье ложится.
В полночь, когда все уж заснули, встает Хуан, хватает посох, с которым пришел, и ну колотить настоятеля. Все бока отбил, чуть не убил. Отколотил и говорит:
— Я Хуан козий пастух! За первой платой пришел!
Бедный настоятель молит его: пожалей да уходи. Взял у него Хуан три тысячи реалов и пошел домой. Приходит к отцу, рассказывает, как что было, и говорит, что и за второй платой в монастырь собирается. Отец его похвалил:
— Хорошо, сынок, хорошо. Молодец. Вот сейчас ты все как надо сделал.
На другой день оделся Хуан лекарем и пошел снова к монахам. Увидели монахи лекаря и говорят:
— Настоятель наш занемог, надавал ему кто-то колотушек, надо бы заглянуть к нему да вылечить.
Входит Хуан к настоятелю, осматривает его.
— Дайте,- говорит,- мне бумаги, я выпишу ему рецепт.
Написал что-то и дает монаху:
— Иди в город, купи лекарство да неси настоятелю.
Ушел монах, а Хуан кричит:
— Ай-яй-яй! Проклятье! Главное-то я позабыл!
Берет опять бумагу, написал на ней что-то, дал другому монаху и тоже в город посылает с поручением.
Не прошло и нескольких минут, Хуан опять хлоп себя по лбу:
— Ах ты, господи! Что со мной такое! Еще одну вещь нужно, а я забыл!
Опять написал бумажку и еще монаха послал в город. Так и писал, писал бумажонки да монахов все посылал в город. Ни одного монаха не осталось, все в город побежали. Только лекарь да настоятель в монастыре. Тут снова хватает Хуан свой посох, и пошел колотить настоятеля, как в первый раз.
— Пожалей меня, помилуй,- молит настоятель.
А Хуан отколотил его и говорит:
— Я Хуан козий пастух! За второй платой пришел!
Берет у настоятеля опять три тысячи реалов, возвращается к отцу и рассказывает, как все было. Отец его хвалит:
— Хорошо, сынок, хорошо. Молодец. Вот сейчас ты не оплошал, все как надо сделал.
— Да это еще не все,- говорит Хуан.- Вот увидишь, я с них за наших козочек еще и не то получу.
На другой день встречает Хуан бродягу. Спрашивает у него:
— Эй ты, скажи-ка, ты на ноги резв? Можешь убежать далеко-далеко, и чтоб тебя никто не догнал?
— А как же, могу. Сколько раз от людей убегал, ни разу не поймали.
— Ну, тогда пойдем со мной. Я тебе за работу заплачу.
Привел бродягу в монастырь и говорит ему:
— Вот, смотри. Ты за этой дверью спрячешься, а я пойду к другой, с той стороны монастыря.
Дожидайся, когда я туда подойду. А как подойду, сразу кричи: «Я Хуан козий пастух! За третьей платой пришел! Я Хуан козий пастух! За третьей платой пришел!»
Так и сделали. Подошел Хуан к дальней двери, бродяга как закричит:
— Я Хуан козий пастух! За третьей платой пришел! Я Хуан козий пастух! За третьей платой пришел!
Услышали монахи.
— А, опять этот мошенник здесь! Ну, на этот раз ему отсюда не уйти.
Схватили палки и за ним. Бродяга от них, да так быстро, что только пыль от его пяток они и догнали. Из монастыря выбежали, несутся вдогонку, хотят хорошенько поколотить. Далеко отбежали.
А Хуан тем временем бегом к настоятелю, тот один-одинешенек остался. Намял ему опять Хуан бока. Настоятель молит: «Отпусти меня!», а Хуан все колотит его да приговаривает:
— Я Хуан козий пастух! За третьей платой пришел! Я Хуан козий пастух! За третьей платой пришел!
Получил он с настоятеля еще три тысячи реалов и на рынок пошел — новых коз покупать, вместо тех, что монахи украли.
