В Египте я скоро выполнил все поручения султана. Моя находчивость помогла мне и здесь. Через неделю я вместе со своими необыкновенными слугами вернулся в столицу Турции.
Султан был рад моему возвращению и очень хвалил меня за мои удачные действия в Египте.
–Вы умнее всех моих министров, милый Мюнхаузен!– сказал он, крепко пожимая мне руку.– Приходите ко мне сегодня обедать!
Обед был очень вкусный,– но увы!– на столе не оказалось вина, потому что туркам по закону запрещено пить вино. Я был весьма огорчён, и султан, чтобы утешить меня, повёл меня после обеда в свой кабинет, открыл потайной шкаф и вынул оттуда бутылочку.
–Такого превосходного вина вы не пробовали во всю свою жизнь, мой милый Мюнхаузен!– сказал он, наливая мне полный стакан.
Вино действительно было хорошее. Но я после первого же глотка заявил, что в Китае у китайского богдыхана Фу Чана вино ещё почище этого.
–Мой милый Мюнхаузен!– воскликнул султан.– Я привык верить каждому вашему слову, потому что вы самый правдивый человек на земле, но клянусь, что сейчас вы говорите неправду: лучше этого вина не бывает!
–А я вам докажу, что бывает!
–Мюнхаузен, вы болтаете вздор!
–Нет, я говорю сущую правду и берусь ровно через час доставить вам из богдыханского погреба бутылку такого вина, в сравнении с которым ваше вино – жалкая кислятина.
–Мюнхаузен, вы забываетесь! Я всегда считал вас одним из правдивейших людей на земле, а теперь я вижу, что вы бессовестный лгун.
–Если так, я требую, чтобы вы убедились немедленно, правду ли я говорю!
–Согласен!– ответил султан.– Если к четырём часам вы не доставите мне из Китая бутылку лучшего в мире вина, я прикажу отрубить вам голову.
–Отлично!– воскликнул я.– Я согласен на ваши условия. Но если к четырём часам это вино будет у вас на столе, вы отдадите мне столько золота из вашей кладовой, сколько за один раз может унести один человек.
Султан согласился. Я написал китайскому богдыхану письмо и попросил его подарить мне бутылку того самого вина, которым он угощал меня три года назад.
«Если вы откажете мне в моей просьбе,– писал я,– ваш друг Мюнхаузен погибнет от руки палача».
Когда я кончил писать, было уже пять минут четвёртого.
Я кликнул моего скорохода и послал его в китайскую столицу. Он отвязал гири, висевшие у него на ногах, взял письмо и в одно мгновение скрылся из глаз.
Я вернулся в кабинет султана. В ожидании скорохода мы осушили до дна начатую нами бутылку.
Пробило четверть четвёртого, потом половину четвёртого, потом три четверти четвёртого, а мой скороход не показывался.
Мне стало как-то не по себе, особенно когда я заметил, что султан держит в руках колокольчик, чтобы позвонить и позвать палача.
–Разрешите мне выйти в сад подышать свежим воздухом!– сказал я султану.
–Пожалуйста!– ответил султан с самой любезной улыбкой. Но, выходя в сад, я увидел, что за мною по пятам следуют какие-то люди, не отступая от меня ни на шаг.
Это были палачи султана, готовые каждую минуту наброситься на меня и отрубить мою бедную голову.
В отчаянии я взглянул на часы. Без пяти четыре! Неужели мне осталось жить всего только пять минут! О, это слишком ужасно! Я позвал своего слугу того самого, который слышал, как растёт в поле трава, и спросил его, не слышит ли он топота ног моего скорохода. Он приложил ухо к земле и сообщил мне, к моему великому горю, что бездельник скороход заснул!
–Заснул?!
–Да, заснул. Я слышу, как он храпит далеко-далеко.
У меня ноги подкосились от ужаса. Ещё минута – и я погибну бесславною смертью.
Я кликнул другого слугу, того самого, который целился в воробья, и он тотчас же взобрался на самую высокую башню и, приподнявшись на цыпочках, стал вглядываться в даль.
–Ну что, видишь ли ты негодяя?– спросил я, задыхаясь от злобы.
–Вижу, вижу! Он развалился на лужайке под дубом недалеко от Пекина и храпит. А рядом с ним бутылка… Но погоди, я тебя разбужу!
Он выстрелил в вершину того дуба, под которым спал скороход.
Жёлуди, листья и ветви посыпались на спящего и разбудили его.
Скороход вскочил, протёр глаза и бросился бежать как угорелый.
До четырех часов оставалось всего полминуты, когда он влетел во дворец с бутылкой китайского вина.
Можете себе представить, как велика была моя радость! Отведав вина, султан пришёл в восторг и воскликнул:
–Милый Мюнхаузен! Разрешите мне спрятать эту бутылочку подальше от вас. Я хочу распить её один. Я и не думал, что на свете бывает такое сладкое и вкусное вино.
Он запер бутылку в шкаф, а ключи от шкафа положил себе в карман и приказал немедленно позвать казначея.
–Я разрешаю моему другу Мюнхаузену взять из моих кладовых столько золота, сколько может унести за один раз один человек,– сказал султан.
Казначей низко поклонился султану и повёл меня в подземелья дворца, доверху набитые сокровищами.
Я позвал своего силача. Он взвалил себе на плечо все золото, какое было в кладовых у султана, и мы побежали к морю. Там я нанял огромный корабль и доверху нагрузил его золотом.
Подняв паруса, мы поспешили выйти в открытое море, пока султан не опомнился и не отнял у меня своих сокровищ.
