Случилась эта история во времена правления Чинхынвана (Чинхынван правил страной в 540 – 576 гг.), двадцать четвертого короля Силла.
Жили в столице Силла – Кендю – два чиновника. С самого детства не разлучались. В одной деревне росли и так подружились, что водой не разольешь. Выросли, сдали государственные экзамены на должность, служить стали, дружить не перестали.
Родились у них дети в один день, в один час, у одного – сын, у другого – дочка. Мальчика Пэкун назвали, девочку – Чжэху.
Встретились друзья, принялись поздравлять друг друга, а отец Чжэху и говорит:
– Чудеса, да и только! В один день, в один час родились у нас дети.
Так, видно, Небу было угодно. Не будем же гневить Небо! Делить детей на твоих и моих! Вырастим вместе, а после поженим.
Отцу Чжэху не пришлось долго уговаривать отца Пэкуна, и в честь помолвки друзья устроили пир.
Так с самого рождения Пэкун и Чжэху были помолвлены.
Прошло десять лет и еще четыре года. Пэкуна за его красоту и добрый нрав взяли в хвараны (Хваран – в Древней Корее придворный мальчик, паж). Не уступала ему и Чжэху – она стала настоящей красавицей. Да и талантами их судьба не обидела. Все только и говорили о счастливой паре.
Но тут случилась беда – ослеп юноша. Каких только лекарств отец с матерью не испробовали – ни одно не помогло. Не видел больше белого света Пэкун.
Плачет юноша, горькими слезами обливается, только не может никто помочь его горю.
Жестоко обошлась с Пэкуном судьба! Ведь из хварана он мог в недалеком будущем стать важным чиновником и прославиться. А главное – у него была прекрасная Чжэху!
И вот теперь все безвозвратно ушло. А тут еще отец Чжэху нарушил уговор, изменил давней дружбе с отцом Пэкуна, решил выдать дочь за Ли Ке Пхена, правителя Мучжина. Зачем ему слепой зять?
Мало-помалу от Пэкуна все отвернулись, и он остался совсем один.
Смирился юноша со своим горем, никого не винит, не сетует на судьбу, но тяжесть камнем легла на душу.
И все же мир не без добрых людей.
Был у Пэкуна друг Ким Чхон, тоже хваран, как и Пэкун. Не бросил он юношу, навещал, как мог утешал. Был он несловоохотлив. Не заговоришь с ним, так он весь день промолчит. До того скромен, что и сказать трудно.
Одного не терпел Ким Чхон – несправедливости. И тут уж пощады от него не жди. Глаза горят, здоровенные кулаки так ходуном и ходят. Пока не попросит прощенья обидчик, Ким Чхон не успокоится. Друзья это знали и побаивались юношу. Ким Чхон с Пэкуном одногодками были. Сильный и ловкий Ким Чхон не знал себе равных в стрельбе из лука. Теперь, когда к Пэкуну пришла беда, Ким Чхон ни днем ни ночью не отходил от ослепшего друга и весь свой гнев обратил против отца Чжэху.
– Его и человеком не назовешь, – говорил Ким Чхон. – Ему бы отговаривать дочь за другого замуж идти, а он на такую подлость решился!
Ни один чиновник в Силла ничего подобного себе не позволил бы!
Слушает Пэкун, молчит. Слова не скажет. Будто безразлично ему. Да и необидно вовсе. А время не ждет, быстро идет. Уже не за горами день свадьбы правителя Ке Пхена с красавицей Чжэху.
Пошел Пэкун к лотосовому озеру. Полюбилось оно юноше. Частенько приходил он сюда побродить.
Дует теплый майский ветер в лицо. Ласково пригревает солнышко. Так хорошо пахнет вокруг! Птички щебечут, букашки жужжат.
Каких только цветов нет на берегу! И пионы, и розы, и азалии. А на самом озере расцвели лотосы, плещутся, играют в солнечных лучах рыбки.
Небо ясное, так и светится.
Думает юноша свою невеселую думу. Прошлое вспоминает. Не вернуть его, как прекрасный сон. Вдруг слышит – шорох. Подошел к нему кто-то и говорит:
– Сколько страданий выпало на твою долю!
А в голосе боль и тоска.
Очнулся Пэкун, голову поднял, спрашивает:
– Кто ты?
Голос знакомым ему показался. Только чей он, не знает Пэкун. Невдомек ему, что это Чжэху сюда пришла. Отвечает девушка:
– Это я, Чжэху. – На траву опустилась, заплакала горько. По сердцу будто ножом полоснули. Жаль ей Пэкуна! Такой был красавец, хваран, непременно стал бы важным сановником. И надо же случиться такой беде!
Перестала наконец Чжэху плакать, вытерла слезы, рассказала Пэкуну, что силой ее заставили идти замуж, что любит она по-прежнему Пэкуна, но против воли отца не может пойти, хотя стыдно ей за него, вероломного.
Говорит девушка, а у самой голос дрожит:
– Если решил ты со мной расстаться, тогда и говорить не о чем, а хочешь на мне жениться – сделай, как я скажу. Попрошу я отца отпустить меня в Мучжин, будто бы свадебный обряд справить, а ты тоже туда иди. Встретимся и убежим в Кенчжу.
Пэкун так обрадовался, словно прозрел.
Наступил долгожданный день. Следом за Чжэху отправился в Мучжин и Пэкун, а с ним – поводырь. Идут они через горы крутые, через высокие скалы, добрались наконец до Мучжина.
Встретились молодые, взялись за руки, только их и видели. Бегут, ног под собой не чуют. Добежали до горного ущелья, вдруг откуда ни возьмись – разбойник, настоящий великан. Ростом – шесть чхок (Чхок – мера длины, равная 3, 79 см.), не меньше. Глаза – что твои колокола.
Говорит разбойник:
– Отдай девушку. Хотел я забрать ее у правителя Мучжина, да не пришлось. А теперь вот она сама здесь.
Сказал так великан, схватил Чжэху и был таков.
Стоит Пэкун, не знает, что делать. Слепой ведь, ничего не видит. Упал на землю, заплакал в голос.
Вдруг слышит – кто-то бежит. А это Ким Чхон. Выпустил он стрелу в великана-разбойника, сразил его наповал. Подвел Чжэху к Пэкуну и говорит:
– Услышал я, что ты в Мучжин отправился, дай, думаю, пойду следом, нелегко тебе, слепому, придется в пути. Но что такое могло с тобой приключиться, мне невдомек было. Хорошо, что вовремя подоспел.
Взял Ким Чхон руку девушки, вложил в руку юноши.
А Пэкун слова сказать не может от радости. Вдруг из глаз его слезы брызнули. Хоть и слепой он, а кажется, нет счастливее его человека на свете. Ведь рядом самая лучшая в мире девушка и самый верный, преданный друг.
