– Синьор начальник, неопознанный самолет просит разрешения на посадку.
– Неопознанный самолет? А как он сюда попал?
– Не знаю, синьор начальник. У нас не было с ним раньше никакой связи. Он говорит, что у него кончается горючее, и он сядет, даже если мы будем против. Странный какой-то тип!
– Странный?
– Чудак, по-моему. Я слышал сейчас, как он посмеивался в микрофон: «Тем более, что все равно никто не может остановить меня…»
– Так или иначе, пусть лучше сядет, а то еще натворит каких-нибудь бед.
Самолет приземлился на маленьком летном поле на окраине Столицы ровно в 23 часа 27 минут. До полуночи оставалось 33 минуты. Притом это была не обычная, а самая важная в году полночь. Это было 31 декабря. И на всем континенте миллионы людей ожидали наступления Нового года.
Никому не известный летчик выпрыгнул из кабины на землю и сразу же распорядился:
– Выгрузите мой багаж! Там двенадцать баулов, не забудьте ни одного! И вызовите три такси, иначе их не перевезти! Может кто-нибудь позвонить по телефону от моего имени?
– Не знаю, не знаю, – уклончиво ответил синьор начальник. – Сначала надо прояснить кое-какие детали, вам не кажется?
– Не вижу никакой необходимости! – улыбнулся летчик.
– А я, тем не менее, вижу! – возразил синьор начальник. – И прошу вас предъявить документы и бортжурнал.
– Пристите, но я не стану этого делать.
Он заявил это так категорично, что синьор начальник чуть не взорвался от возмущения.
– Как угодно, – сказал он, – а пока, будьте любезны, пройдите сюда!
Летчик ответил легким поклоном. И начальнику показалось, что поклон этот был чересчур вежливым. «Уж не насмехается ли он надо мной? – подумал он. – Во всяком случае, из моего аэропорта он выйдет с совсем другой миной».
– Имейте в виду, – продолжал между тем загадочный путешественник, – что меня ждут. Очень, очень ждут.
– И должно быть, к полуночи, чтобы отпраздновать Новый год?
– Совершенно верно, дражайший.
– А я, как видите, нахожусь при исполнении служебных обязанностей и всю новогоднюю ночь проведу здесь, в аэропорту. И вам, если будете упорствовать и не пожелаете предъявить документы, придется составить мне компанию.
Незнакомец (тем временем они вошли в кабинет начальника) спокойно расположился в кресле, закурил трубку и с интересом осмотрелся вокруг.
– Документы? Но ведь они уже у вас, синьор начальник.
– В самом деле? Выходит, вы, как фокусник, сумели засунуть их мне в карман? И сейчас еще достанете у меня из носа яйцо, а из уха часы?
Вместо ответа незнакомец указал на новый красочный календарь, висевший на стене у письменного стола.
– Вот мои документы. Я – Время. В моих двенадцати баулах находятся двенадцать месяцев, которые должны начаться через… Ну-ка, посмотрим… Через двадцать девять минут.
– Если вы – Время, – невозмутимо ответил синьор начальник, – то я, в таком случае, реактивный самолет. Я вижу, вы шутник. Отлично! Значит, мне не придется скучать. И все же я включу, если не возражаете, телевизор. Не хотелось бы пропустить начало Нового года.
– Включайте, включайте! Только не будет никакого Нового года, пока вы меня держите тут.
По телевизору передавали праздничный концерт. Время от времени красивая дикторша, посмотрев на большие часы, висевшие на сцене за оркестром, прямо над головой ударника, напоминала:
– До Нового года осталось двадцать пять минут… Осталось двадцать две минуты…
Неизвестный пилот, казалось, от души развлекался телевизионным зрелищем. Он подпевал певцу, отбивал такт ногой вместе с оркестром и весело смеялся над шутками клоунов.
– До полуночи осталась одна минута, – улыбнулся синьор начальник. – Очень жаль, что я не могу предложить вам бокал шампанского. На службе я никогда не пью.
– Спасибо, но в шампанском уже нет нужды. Время остановилось. Посмотрите на свои часы.
Синьор начальник невольно перевел взгляд на циферблат своих наручных часов и поднес их к уху. «Странно, – подумал он, – они тикают, но секундная стрелка стоит на месте, видимо, испортилась».
И он принялся отсчитывать секунды. Отсчитал шестьдесят и обнаружил, что минутная стрелка тоже не двигается и по-прежнему показывает без одной минуты двенадцать. И на больших часах на экране телевизора она тоже замерла.
– Должно быть, возникла какая-то маленькая неисправность… – смущенно объяснила дикторша.
Начальник аэолпорта бросил тревожный взгляд на странного незнакомца, и тот снова вежливо улыбнулся ему:
– Видели? Это вы виноваты!
– Как это я?.. При чем здесь я?
– Вы все еще не верите, что я – Время? Взгляните на эту розу…
На письменном столе красовалась в вазе свежая роза – начальник любил, чтобы у него были цветы в кабинете.
– Хотите посмотреть, что с нею станет, если я прикоснусь к ней?
Незнакомец подошел к столу и легонько дунул на цветок. Лепестки тут же сморщились, высохли, опали и рассыпались в прах. От прекрасной розы осталась лишь горстка пыли…
Синьор начальник вскочил и бросился к телефону. Спустя несколько минут после звонка синьора начальника министру, уже всюду – и в Америке, и в Сингапуре, и в Танзании, и в Новосибирске – знали, что время задержано в каком-то маленьком аэропорту из-за отсутствия документов. Миллионы людей, ожидавших наступления Нового года, тут же открыли бутылки шампанского, наполнили бокалы и стали обмениваться радостными тостами.
– Ура! – кричали люди на всех языках планеты. – Время остановилось! Мы не будем больше стареть! И никогда не умрем!
В кабинете синьора начальника аэропорта беспрестанно звонил телефон. Начальника вызывали со всех концов земли и требовали:
– Держите время крепче!
– Наденьте на него наручники!
– Сверните ему шею!
– Подсыпьте ему снотворного!
– Какое там снотворное – крысиный яд нужен!
Премьер-министр сообщил о случившемя своим коллегам. Срочно собрался Совет Министров. На повестке дня был только один вопрос: какие нужно принять меры? Превратить задержание Времени в арест или же освободить его?
Министр внутренних дел гремел:
– Освободить? Никогда этому не бывать! Стоит только позволить людям разгуливать повсюду без всяких документов, и мы все пропадем! Этот синьор должен сообщить нам свое имя, отчество, фамилию, место рождения, место прописки, местожительство, гражданство, национальность, номер паспорта.
Министру было семьдесят два года, так что вы понимаете, конечно, как он был заинтересован в том, чтобы часы стояли…
А спустя немного… Впрочем, эту фразу я не вправе писать: если Время остановилось, слова «спустя немного» уже не имеют смысла.
Короче говоря, один мальчик, разбуженный шумом, узнал, в чем дело, быстро сосчитал, сколько будет два плюс два, и возмутился:
– Что? Всегда будет СЕЙЧАС? Выходит, я никогда не вырасту?
Он тоже схватился за телефон и принялся бить тревогу – звонить друзьям.
Ребята вышли на улицы и устроили демонстрацию. Но их требования и лозунги сильно отличались от тех, с которыми шли взрослые.
– Освободите Время! – кричали ребята. – Не хотим всю жизнь оставаться малышами!
– Хотим расти!
– Хочу стать инженером!
– Хочу, чтобы наступило лето!
– Хочу купаться в море!
– Несмышленыши! – вздохнул какой-то прохожий. – В такой исторический момент они думают о море!
– Однако, – заметил другой прохожий, – в одном они, пожалуй, правы. Если Время не будет идти, то всегда будет 31 декабря!
– Всегда будет зима…
– Всегда будет без одной минуты полночь! И мы никогда не увидим восхода солнца!
Больной, что лежал в постели, стал жаловаться:
– Ай-ай… Надо же было Времени остановиться как раз в тот момент, когда у меня болит голова! Значит, теперь у меня всегда будет головная боль, всегда, раз и навсегда?
Заключенный, ухватившись за оконную решетку в своей камере, тоже негодовал:
– Значит, я никогда не выйду на свободу?
И крестьяне встревожились:
– И так урожаи все хуже и хуже… Если не пройдет Время и не наступит весна, все погибнет… Нам нечего будет есть!
Словом, у начальника аэровокзала вскоре стали раздаваться совсем другие звонки:
– Ну, так вы отпустите его наконец? Я жду почтовый перевод. Или, может, вы мне сами его пришлете, если не отпустите Время?
– Что же мне делать? – растерялся синьор начальник. – Один говорит одно, другой – другое… Я умываю руки! Я отпущу вас…
– Молодец, спасибо.
– Но… Без приказа свыше… Вы же понимаете, я рискую своим положением…
– Тогда не отпускайте. Мне и тут очень неплохо!
Затем раздался еще один звонок:
– Вспыхнул пожар! Если не пройдет Время, не приедут пожарные! Все сгорит! Мы все сгорим! Тут старики и дети… Неужели вы ничего не можете сделать, синьор начальник?
И тут начальник стукнул кулаком по столу:
– Ладно! Будь что будет! Беру на себя эту ответственность. Идите. Вы свободны!
Синьор Время сразу поднялся:
– Позвольте, синьор начальник., я пожму вам руку. Вы добрый человек!
Синьор начальник открыл перед ним дверь:
– Уходите. Быстро. А то еще передумаю.
И синьор Время вышел из кабинета. Стрелки на часах вновь задвигались. Спустя шестьдесят секунд часы пробили полночь, и повсюду вспыхнули бенгальские огни. Новый год начался.
