Захотелось царю узнать, куда ходит по ночам его дочь. И взялся за то дело солдат, купил у мясника коровий пузырь, приладил его к подбородку и явился во дворец на часы. У царя были гости, гремела музыка, и своим порядком шли танцы за танцами; но только пробило девять часов, как царевна сказалась больною и ушла в свою спальню; так она всегда делала. Немного погодя выбегает ее служанка и зовет солдата к царевне, а у них уже был готов стакан с сонным зельем. Подносит ему стакан сама царевна: «Выпей, служивый!» Он принял стакан, притворился, что пьет, да заместо того в пузырь вылил. После того пошел, покачиваясь, и стал у дверей на карауле; постоял-постоял, да нарочно и свалился на пол, закрыл глаза и ну храпеть — точно и вправду заснул!
Тут царевна с служанкою оболоклись в нарядные платья, выбежали из палат, спустились с крыльца и прямо в сад; солдат приподнялся потихохоньку да вслед за ними. Вот как пришли они в сад, царевна сорвала три яблочка, бросила одно через яблоню и промолвила: «Лети, мое яблочко, через дерево, а мать сыра земля расступися!» Земля расступилась, и обе девицы ушли в провал к подземному царю. Уходя в провал, царевна выбросила оттуда другое яблочко и проговорила: «Вылети, мое яблочко, и пади на сыру землю, а ты, мать сыра земля, соступися!» Земля соступилась.
Солдат все это выглядел, все это высмотрел и сам хочет туда ж отправляться. Сорвал одно яблочко, протянул было за другим руку и услышал позади себя большой гам и крик. Оглянулся, а то два мужика дерутся. «Эй вы! За что бьетеся?» — спросил их солдат. Мужики отвечали: «Есть у нас шапка-невидимка да сапоги-скороходы, да не знаем, как поделить!» — «Давайте я поделю! Вот я брошу это яблоко: кто его подхватит да наперво прибежит ко мне, тому и шапка-невидимка и сапоги-скороходы». И закинул яблоко далеко-далеко; мужики бросились за яблоком, а он надел те сапоги на ноги, шапку-невидимку на голову, сорвал три яблочка, перекинул одно через яблоньку и промолвил: «Лети, мое яблочко, через дерево, а мать сыра земля расступися!» Земля расступилась, солдат сошел в провал, явился невидимо во дворец к подземному царю и застал, что тот царь с царевною уже портретами меняются, кольцами обручаются; солдат утащил оба кольца и портреты и на другой день уличил царевну.
