Было ли то или не было, но рассказывают, что в стародавние времена ширинские и вабкентские муллы дружили и уважали друг друга. Ширинцы каждодневно ездили в гости в Вабкент и ели плов вабкентцев, а вабкентцы каждодневно ездили в Ширин и ели плов ширинцев. Вабкентские муллы женили своих сыновей на дочерях ширинских мулл, а ширинцы женили своих сыновей на вабкентских девицах. И жили ширинские муллы в мире и в ладу с вабкентцами до той поры, когда вздумали вабкентские муллы построить у себя минарет, построили, да такой, которому нет равного по высоте. И возгордились вабкентские муллы и стали смотреть на ширинцев свысока и заявлять при встречах: «Эх, вы, деревенщина! У нас минарет, а у вас что?»
И подлинно подобен минарет вабкентский по стройности своей кипарису, а по величию утёсу. Какие придал ему мастер линии искусства, как тонко изукрасил он стены затейливыми узорами. Смотрели все и восхищались. Увы, ширинские муллы минарета не имели и зависть заползла в их души и стала занозой в их сердце. А известно ведь, что зависть и гордыня не уживаются с дружбой и уважением. Кончилась вековечная дружба между ширинскими и вабкентскими муллами.
Но довольно о зависти и вражде, пора рассказать, что случилось с вабкентским минаретом. Однажды ширинские муллы приехали на вабкентский базар продавать и покупать, покупать и продавать. По окончании торговли сидели они на площади и играли в кости со своими недругами — вабкентскими муллами.
Не везло в тот день вабкентцам. Всё выигрывали ширинцы и всё проигрывали вабкентцы.
Проиграли уже вабкентские муллы и деньги, и товары, и даже кое-какую одежду.
— Нет, пора кончать,- закричали вабкентцы, — нет нам сегодня везения.
Тогда один вабкентский мулла в азарте воскликнул:
— Слушайте, вы ширинцы, — ставьте на кон всё, что мы вам сегодня проиграли — и деньги, и товары, и одежду, а мы ставим на кон вабкентский минарет. Бросайте же кости. Посмотрим, кто кого.
— Как же так?- удивились ширинские муллы. Очень они хотели иметь вабкентский минарет, но уж больно удивило их предложение вабкентцев.
— Разве не стоит столь прекрасный минарет каких-то денег, товаров и одежонки, которую вы выиграли только что. Минарету цены нет. Минарет вполне исправен и может отлично служить для созыва правоверных на молитву. Минарет пойдёт в игру со всеми кирпичами, из которых он построен, со всеми украшениями и с муэдзином в придачу без всякой доплаты. Неужели вы, ширинцы, не захотите получить минарет так дешево? Неужели вы не хотите позаботиться об украшении площади своего селения? Играйте же, минарет против денег, товаров и кое-какой одежонки! Бросаю кости.
Обуяла жадность ширинских мулл, появилось у них горячее желание заполучить вабкентский минарет, поставить у себя посреди кишлака и хвастаться затем перед всем миром несравненным минаретом.
— Но,- сказал один из ширинцев,- скажите вы, умники. Если вы выиграете деньги, товары и кое-какую одежонку, вы возьмёте всё это и уйдёте себе восвояси по домам, а если мы выиграем. Как передвинем минарет за десять вёрст к себе в кишлак Ширин? А?
— Зачем же вам переносить минарет к себе. Пусть стоит здесь, а принадлежать будет вам. Вы, собственники и владетели, сможете хоть каждый день приезжать сюда, в Вабкент, и любоваться минаретом сколько хотите.
— Ну нет,- закричали ширинские муллы,- где найдёте вы таких дураков, чтобы бросать своё добро. Нет, ничего не выйдет. Играть мы не будем.
Видят вабкентские муллы дело плохо. Уедут сейчас ширинцы и увезут весь выигрыш. Повесили они головы, опечалились.
Мимо проходил Насреддин Апанди. Прислушался он к разговору и сказал:
— Послушайтесь моего совета. Есть способ, при помощи которого вы, ширинцы, увезёте минарет, если счастье в игре будет на вашей стороне. Смотрите, минарет растёт из земли подобно дереву. Видите тень, упавшую от минарета, вон до той бани. Видите. Соберите всех ваших ишаков, поставьте бок о бок по длине тени, подрубите минарет под основание, он упадет на спины ослов и везите его, во славу аллаха, к себе в Ширин. Там выроете яму и посадите минарет точно чинар. Пусть растёт.
Повернулся Апанди и ушёл.
— Бросай же костя, о вместилище хитрости, — закричали ширинские муллы. — Мы играем.
Вабкентец встряхнул кости раз, встряхнул два, встряхнул три и… бросил на землю.
Увы! Вабкентские муллы снова проиграли.
— Наш минарет, наш минарет, — возопили ширинцы. Возликовали они и, схватив, кто кетмень, кто лом, кто топор, кинулись к минарету и начали долбить его основание. Застучало железо о кирпич. Посыпались искры.
Но крепко построен минарет, и сколько ни трудились ширинские муллы и день, и два, и три, но так и не сумели повалить его и увезти с собой.
Так и остался минарет в Вабкенте.
А каждый, кто усомнится в правдивости рассказанного, пусть отправится в селение Ширин.
Ширинцы отведут его в Вабкент и там ему покажут выигранный ими когда-то минарет и покажут ещё глубокие дыры в основании минарета, выдолбленные некогда почтенными муллами из кишлака Ширин.
