Хочу я вам кое-что рассказать. Видал я раз, как летели две жареных курицы. Летели они, надо сказать, быстро, животы свои к небу задрали, ну а спины прямо в преисподнюю повернули; а наковальня с мельничным жерновом через Рейн плыли, да так уж тихо, медленно-премедленно; а лягушка сидела и лемех ела, — было дело на льду, в Троицын день. И стояло тут еще трое парней; случилось, что собрались они зайца поймать, а шли они на костылях и на ходулях; один был глухой, другой — слепой, третий — немой, а четвертый — и ногой вовсе двинуть не мог. Может, вы хотите узнать, как все это кончилось? Слепой — тот первый увидел, что по полю заяц бежит; немой крикнул хромому, а хромой — хвать зайца, да прямо за шиворот. А вот было еще: собралось несколько человек плыть по земле — натянули они паруса и поплыли себе по широкому полю; переплыли через высокую гору, и что ж? — утонули бедняги. А рак гнался за зайцем; и лежала высоко на крыше корова, — она взлетела туда. А мухи в тех краях большущие-пребольшущие, все равно как у нас козы.
А теперь открой-ка окошко, чтоб все небылицы в него улетели.
