На сухом и горячем юге, среди песков и тарантулов, раскинулся город Икушалисыр. И в этом городе действительно кушали сыр. Такой у них был народный обычай. И жил там человек, по имени Кремдлярук. Парикмахер.
Вот однажды сидел Кремдлярук в своей парикмахерской и ждал того, кто стричься придёт. Никто не приходил. Все сыр кушали. Вдруг окно распахнулось — и с улицы всунулась в комнату голова. Такая рыжая и косматая, хоть караул кричи.
— Нельзя ли культурно подстричься? — спросил Рыжий.
— Прошу-прошу-прошу! — воскликнул Кремдлярук.— Заходите, садитесь в кресло! Обкорнаем в лучшем виде! То есть культурно обстригём!
— Фу-фу-фу!—отдуваясь, сказал Рыжий.— У вас в парикмахерской очень жарко. Стригите прямо через окно. Только бороду не сбривайте. Сделайте так, чтоб я был на солнышко похож.
Кремдлярук взял в руки ножницы и быстро обкорнал Рыжего, то есть культурно обстриг.
— А похож ли я на солнышко? — спросил Рыжий.
— Очень-очень похож,— расхваливал свою стрижку Кремдлярук.
— При виде вас хочется в тени спрятаться.
— Спасибо, спасибо! — восклицал Рыжий.
— Ну, я пошёл.
— Как это «пошёл»? А деньги кто будет платить?
— Братишка заплатит,— сказал Рыжий, и в окне тут же появился чёрный-чёрный жгучий брюнет.
— Дэньги потом,— сказал Брюнет. — Тэпэрь мэнэ стрыги! Только усы не трогай.
— Ну, заходите в парикмахерскую, садитесь в кресло.
— Стрыгы через окно, как братишку.
Что поделать? Пришлось Кремдляруку и второго братишку через окошко стричь. Работа есть работа.
«Но неужели их трое?»—думал Кремдлярук.
И тут же, конечно, появился третий братишка. Белый-белый, то есть совсем седой.
— Побрей меня наголо,— сказал Седой,— чтоб голова как шар получилась!
Кремдлярук побрил наголо, но шара не получилось, а получился сморщенный шарик.
— Плачу за себя и своих братьев,— сказал он.— Сколько с меня?
— Рубль.
— Чего-чего-чего? — закричал Шарик.— Рубль?! Целый рубль?! Ты с ума сошёл!
И тут он всунул в парикмахерскую когтистую лапу, схватил парикмахера за грудки и вытащил на улицу. И Кремдлярук увидел, что он в лапах огромного двухэтажного дракона, у которого три головы — рыжая, лысая и усатая!
— Братишки! — орал Лысый.— Рубль! Он рубль просит! Что с ним сделать?
— Растерзать! — сказал Брюнет.
— Да ладно вам,— сказал Рыжий.— Он меня постриг уж очень хорошо, не надо его терзать!
— Нет, надо!
— Постойте, братишки,— сказал Кремдлярук.— Я и не знал, что вы — драконьи головы. И я беру-то всего рубль! Да за такого здорового дракона, да за три головы— гоните тыщу!
— Что-что-что? — вытаращились все три головы. Когтистая лапа от изумления разжалась, Кремдлярук выскользнул, завернул за угол и пропал.
А потом вот что произошло. Дракон тоже завернул за угол и увидел, что перед ним три переулка. Очень узеньких. И тут Лысая голова побежала прямо, Усатая повернула направо, а Рыжая — налево. А переулки были такими узкими, что в них приходилось протискиваться. И вот все три головы протиснулись в разные переулки, а тело-то осталось позади. Вот такая получилась история! Застрял Дракон. Дёргает своими головами, а ничего не выходит. Вперёд головы лезут, а назад — ни в какую. Уши мешают!
Кремдлярук бежал-бежал и остановился. Оглянулся— никакого Дракона. Пошёл назад. Смотрит — Лысая голова! Чуть повыше второго этажа между стен зажата.
— А где братишки? — Кремдлярук спрашивает.
— Сам не знаю,— ответил Лысый.— Где-то потерялись. Помоги, Кремдлярук! Помоги! Спаси!
— Прямо и не знаю, чем тебе помочь. Ладно, пойду пока поищу братишек.
Ходил Кремдлярук, ходил и нашёл, конечно, в переулках вначале Брюнета, а потом и Рыжего.
— А всё-таки неплохо я тебя постриг,— сказал парикмахер,— ну прямо как солнышко получилось. А за работу мне не заплатили? Эх, вы! Всего-то рубль!
— Да у нас нету ни гроша,— сказал Рыжий.
— Нищих драконов не бывает.
— Бывает. Ты попробуй-ка три головы прокорми!
— Сыру-то хочешь?
— Давай!
Дал Кремдлярук рыжему братишке сыру (он его в кармане носил).
— Ну, что ж,— говорит,— тебе я помогу, а остальных сам вытащишь. Попробуй-ка голову вперёд сунуть. А теперь назад.
— Назад не могу,— Рыжий говорит,— уши мешают.
— А вверх?
Дёрнул Рыжий! голову вверх,— а домики-то низенькие были, голова и выскочила.
— Ну, спасибо тебе, Кремдлярук,— Рыжий говорит.— И постриг хорошо, и сыром накормил, да и голову мою бесшабашную из городских сетей вытащил.
— Пожалуйста,— Кремдлярук отвечает.— Но главное, мне уж больно нравится, как я тебя постриг. Я ведь не простой парикмахер, я — художник.
— Ты — великий художник,— похвалил его Рыжий.— Гений! Как Репин!
— Да ладно уж тебе,— сказал Кремдлярук.
— Нет, ты гений, вот и всё! Айвазовский.
И они долго ещё спорили, гений Кремдлярук или не гений.
А потом Рыжий вытащил своих братишек из городских сетей и ушёл в пустыню. А Кремдлярук пошёл домой.
Самое, конечно, удивительное, что никто из жителей города Икушалисыр Дракона не заметил. И их можно понять: они сыр кушали.
