Один мальчик разбирал как-то вечером свои игрушки. Вот он вынул из коробки гору, которую папа помог ему сделать из старых газет и крахмального клейстера, вот – маленькую пластмассовую елочку, затем кусочек зеркала – блестит, как настоящее озеро, и наконец – сверкающие звезды – елочные украшения. А из другой коробки он достал пластмассовые фигурки – двух пастухов и несколько овечек, старушку, сидящую у жаровни с каштанами, доброго волшебника в восточной чалме… Мальчик поставил пастухов и овец на склоне горы, на самую вершину посадил волшебника, а старушку поместил на берегу озера. Мало фигур! А что вон в той коробке на шкафу? А! Там лежат совсем старые, давно забытые игрушки! Заглянем-ка туда! И он достал из коробки краснокожего индейца – последнего представителя какого-то племени, маленький самолет без пропеллера, в кабине которого сидел пилот, и какую-то девочку в брючках и с гитарой в руках – как она тут оказалась, непонятно. Мальчишки, как известно, в куклы не играют… Но эта девчонка, если присмотреться, была совсем неплоха… И мальчик поставил се рядом со старушкой, которая жарила каштаны. А краснокожего индейца с боевым топориком на плече поместил неподалеку от овец. Самолет с пилотом и звезды он подвесил на елочку. «Неплохо получилось! – подумал мальчик. – Как настоящая театральная декорация!» Но тут мама позвала его, и он ушел. Пора было ложиться спать. И вскоре мальчик уснул.
И тогда пробудились его игрушечные фигурки. Первым открыл глаза один из пастухов. Он осмотрелся и остался очень недоволен тем, что происходило вокруг. «Кто это идет за моим стадом с топором в руках?» – подумал он.
– Эй! Ты кто такой? Что тебе надо тут? Уходи отсюда, не то собак натравлю!
– Ауф! – только и ответил ему краснокожий индеец.
– Что? Говори яснее! А впрочем, можешь и помолчать, только убирайся отсюда поскорее!
– Я остаться, – произнес краснокожий. – Ауф!
– А топорик у тебя зачем? Уж не овечку ли собираешься у меня украсть?
– Топор рубить дрова. Ночь холодно. Я хотел делать огонь.
Тут проснулась старушка у своей жаровни и увидела девочку с гитарой.
– Что это еще у тебя такое?
– Гитара.
– Не слепая, сама вижу, что гитара. А нам тут не нужна гитара! Мы больше любим волынку и дудочку!
– Но у гитары замечательный звук. Послушайте!
– Ох, да перестань ты ради бога! С ума сошла! Ужас какой! Ох уж эта современная молодежь! Знаешь что, убирайся-ка ты отсюда, пока я не запустила в тебя этими каштанами. А они, между прочим, обжигают! Уже поджарились.
– А я люблю каштаны! – сказала девочка.
– Еще и насмехаешься?! Хочешь отнять у меня каштаны? Бессовестная воровка! Я покажу тебе сейчас!… На помощь! Держите вора! Вернее – воровку!
Но старушку никто не услышал, потому что как раз в это время проснувшийся пилот завел мотор своего самолета. Он сделал два-три круга над озером и горой, приветливо помахал всем и приземлился возле краснокожего индейца. Недовольные пастухи тотчас же подошли к нему:
– Зачем прилетел? Пугать наших овец?
– Разрушить наши хижины своими бомбами?
– Но у меня нет никаких бомб, – ответил пилот. – Это спортивный самолет. Хотите, покатаю?
– Сам катайся! И лучше, если подальше, чтоб мы больше не видели тебя!
– Да, да! – закричала старушка. – И забери с собой эту девчонку, которая хочет отнять у меня каштаны…
– Бабуленька, – сказала девочка, – не говорите неправду! За ваши каштаны, если вы дадите мне их, я заплачу.
– Заберите ее вместе с этой проклятой гитарой!
– И ты, красная морда, – сказал один из пастухов, обращаясь к краснокожему индейцу, – тоже убирайся восвояси! Нам не нужны тут грабители!
– Ни грабители, ни гитара! – добавила старушка.
– Гитара – музыка самый красивый, – ответил краснокожий.
– Вот слышали! Я с ним согласна!
– Бабушка, – вмешался пилот, – зачем вы так сердитесь? Попросите лучше синьорину, чтобы она сыграла нам что-нибудь. И мы сразу подобреем.
– Ладно, кончайте! – заявил один из пастухов. – Или вы все трое сейчас же уберетесь отсюда подобру-поздорову или услышите совсем другую музыку!
– Я оставаться здесь. Я сказал.
– Я тоже остаюсь, – поддержала девочка, – как мой друг Свирепый Бык. Я тоже сказала.
– А я, – добавил пилот, – прилетел издалека. Конечно, мне не хочется уходить. Ну-ка, девочка, сыграй нам что-нибудь, посмотрим, не исправит ли твоя музыка настроение.
Девочка не заставила себя долго упрашивать и тронула струны гитары…
Первый конец
И пастухи тотчас же замахнулись на нее своими палками. И позвали собак.
– Убирайтесь отсюда! Убирайтесь!
– Взять, Верный! Взять их, Волк!
– А ну-ка, прогоним их!
Краснокожий индеец не двинулся с места, только приподнял свой боевой топорик.
– Я будет стоять, – сказал он. – Ауф!
Но пилот решил иначе.
– Ладно, – сказал он, – не устраивать же тут драку! Залезай в самолет, девочка! И ты тоже, Свирепый Бык! Мотор включен. Ну, все залезли? Полетели!
И самолет, взревев мотором, поднялся над озером и горой и стал летать по комнате.
– А куда мы летим? – спросила девочка, прижимая гитару, чтоб ее не унесло ветром.
– Я знаю одну хорошую большую коробку, где мне когда-то очень неплохо жилось!
– И я знаю такую!
– И я знать! Ауф!
– Тогда, ауф, летим к этой коробке! Вот она там внизу. И еще не закрыта, слава богу. Садимся!
– Ауф! – сказал краснокожий индеец. Но он, похоже, был не очень доволен.
Второй конец
Едва девочка заиграла на гитаре, пастухи угрожающе замахнулись на нее своими палками.
– Ладно, ладно! – вздохнула девочка. – Не нравится вам гитара? Так я разобью ее. Только, пожалуйста, уберите собак, а то они порвут мне брюки.
– Вот это другой разговор, – сказала старушка. – Иди, я дам тебе каштанов.
– Сначала дайте мне немного муки, – попросила девочка. – Мы перекрасим Свирепого Быка. И тогда пастухи перестанут нервничать, глядя на него.
– Хорошо придумала! – сказали пастухи. – А ты, краснокожая образина, согласен?
– Ауф, – ответил краснокожий. И спокойно позволил перекрасить себя в белый цвет.
– А самолет? – спросили пастухи.
– А с самолетом, – ответил пилот, – мы вот что сделаем – мы его подожжем, получится костер, и мы согреемся.
– Тоже правильно! Тем более что ночь такая холодная.
И костер принес наконец-то мир всем этим людям. И пастухи даже танцевали вокруг него тарантеллу под звуки своих дудочек.
Третий конец
Едва девочка заиграла на гитаре, пастухи набросились на непрошеных гостей, но чей-то властный голос остановил их:
– Перестаньте!
– Кто это?
– Волшебник! Он спустился с горы и идет к нам! Какая честь для нас, ваша милость!
– Меня зовут Гаспаре, а не «ваша милость».
– Привет, Гаспаре! – сказала девочка.
– Добрый вечер, дочка! Я услышал твою музыку, и она мне очень понравилась.
– Ауф! – вставил краснокожий индеец.
– Привет и тебе, Свирепый Бык, Черный Орел, Гремящее Облако, или как тебе еще хочется называться. Приветствую тебя, пилот. И вас тоже, пастухи, и тебя, бабушка. Чувствую, пахнет жареными каштанами…
– Эта девочка хотела отнять их у меня…
– Да нет, тебе показалось! Она вовсе не похожа на воровку!
– А этот тип с топором! – закричали пастухи. – Зачем он пришел сюда?
– Вы спросили его об этом?
– Зачем спрашивать! И так видно – он хотел забить наших овец…
– Я хотел мир, – сказал краснокожий индеец, – я любить мир.
– Ну вот, слышали? – сказал Гаспаре. – Мир нужен всем людям – и белым, и краснокожим, и тем, кто ходит пешком, и кто летает на самолете, и кто играет на волынке, и кто на гитаре. Люди все очень разные, очень непохожие друг на друга. Но в одном они все одинаковы – все хотят мира.
Пастухи пристыженно замолчали. А потом услыша ли, как старушка сказала девочке:
– Послушай, ты и вправду любишь каштаны? На бери! Да я же угощаю тебя, а не продаю… А вы, пилот не хотите? А вы, синьор Любимый Бык… Извините, я не расслышала ваше имя… Вы любите каштаны?
– Ауф! – ответил краснокожий индеец.
