Однажды святой Бешт впал в задумчивость. Три дня он ходил погружённый в глубокое раздумье, а на четвёртый вдруг обнаружил себя в знойной пустыне. Он очень удивился и подумал, что неспроста его сюда занесло. Вдруг Бешт увидел неподалёку толстую уродливую жабу. Жаба, не сводя с Бешта пристального взгляда, медленными, короткими прыжками приближалась к нему.
— Кто ты? — спросил жабу Бешт.
— Я — человек, — раздался голос жабы. — Ровно сто лет назад я по велению свыше был превращён в жабу и изгнан в пустыню, где нет людей и где никто не может отпустить мне мои грехи.
— Расскажи мне, в чём же ты грешен? — спросил Бешт.
— Мои грехи начались с того, — сказала жаба, — что я не мыл рук перед едой. Когда Сатана стал меня обвинять, ему на Небесном Суде разъяснили, что за один грех нельзя наказывать, и что если ему удастся ввести меня в ещё один грех, тогда мне зачтётся и первый грех и я буду строго наказан. Сатане удалось ввести меня во второй грех, потом я не устоял и ещё раз поддался ему:
Совершил третий грех, потом четвёртый.
Сказано ведь, «грех влечёт за собой грех».
Так мало-помалу я совершил всевозможные грехи, и Небесный Суд решил лишить меня возможности раскаяния. Поэтому Сатана сделал меня пьяницей. Я много пил, а пьяный не задумывается о грехах, и о том, что его ожидает. Так я и умер, не успев раскаяться в своих грехах. А так как в первый раз я согрешил тем, что пренебрёг омовением рук, мою душу после смерти вселили в жабу, в тварь, которая у всех вызывает брезгливость, и отправили в пустыню, где некому помолиться за мою душу и тем принести мне прощение.
Тут святой Бешт понял, для чего он очутился в пустыне и стал горячо молиться за душу грешника.
Через некоторое время он увидел, что жаба упала, распластавшись у его ног. Она была мертва, а душа грешника вознеслась ввысь.
