Начинается сказка с бедного человека. Было у него одиннадцать сыновей. И родился еще двенадцатый. В своем селе уже совестно было крестить его — нечего бедняку поставить крестным на стол. И говорит он жене:
— Возьму я ребенка, понесу в другое село. Там найду крестного, которого не нужно будет угощать.
Идет и встречает женщину. А лицо у этой женщины закрыто. Он поклонился, она тоже. Говорит бедняк:
— Тетушка, не согласились бы вы быть у моего ребенка за крестную?
— А чего бы нет?
И окрестили ребенка. Спрашивает кума:
— А знаешь ты, кум, кто я?
— Не знаю. Кто?
— Я Смерть. Теперь уж не будешь ты таким бедным: помогу тебе. Объяви, что ты чудо-лекарь. Набери в пузырьки из-под лекарств чистой воды и трав разных. Когда придешь к больному, увидишь меня. Если я буду стоять у изголовья, говори, что уже поздно лечить, а если я буду стоять в ногах, говори, что вылечишь.
И бедняк прославился как чудо-лекарь. Разбогател, купил себе коров, волов, построил хлев, стал хозяином.
Но тут пришел срок и ему — состарился, помирать пора. Детей всех переженил. Когда расхворался уж совсем, сделал себе под постелью колесо. Приходит Смерть, а старик перекрутился: где голова была, там ноги, а где ноги были — там голова.
— Эй, куманек! — говорит Смерть. — Крутись не крутись, а помирать надо!
И засмеялась:
— А ты, куманек, видать, еще пожить хочешь?
— Хочу.
Было ему восемьдесят пять лет. И Смерть позволила ему дотянуть до девяноста.
А через пять лет пришла и стала у изголовья. Но дед снова перекрутился на колесе.
— Эй, куманек, крутись не крутись, а помирать надо. Старик вынул из трубки чубук и говорит:
— Ну, кума, если ты такая мудрая, то попробуй войти в чубук. Смерть залезла в чубук. А дед заткнул его с обеих сторон соломой.
И живет себе. Десять лет жил. За это время в селе болезней стало меньше, а народу больше. Через десять лет дед стал сам Смерть звать. Взял чубук, открыл его, а Смерть выскочила и закричала:
— Ну, куманек, теперь живи, пока от тебя только кости останутся!
И убежала. Каждую ночь стало умирать много людей. А дед ходил, пока от него остались одни кости. Потом он рассыпался…
