В Кировском лесном краю, в колхозе «Краснолесье», живёт очень злой бык. Этот бык породистый, весь рыжий, с большими и острыми рогами. Его зовут Забодай.
Его так назвали не зря. Когда бычок был совсем маленьким сосунком, телёнком, он и тогда любил бодаться.
Он бодал глупых крутолобых баранов, бодал козла Ваську, который жил вместе с лошадьми в колхозной конюшне и даже задирал деревенских собак. Ходит за ними по деревне, мычит и ногами роет землю.
А когда Забодай подрос, он стал ещё хуже пошаливать. Стал этот телёнок бодать прохожих.
Если ты идёшь мимо него без хворостины или без палки, Забодай поднимет свой хвост, притопнет передней ногой и бросится на тебя. Тут уж ты лучше беги.
А то непременно Забодай забодает — сшибёт с ног.
Самого председателя колхоза, Филиппа Сергеевича, старого красного партизана и охотника, когда тот сидел на плетне и курил трубочку, Забодай спихнул с плетня прямо в канаву с водой. Разбежался и ударил его головой в спину. Вот какой это был озорной телёнок!
Настала осень. А вот и зима прошла. И вышел весной по поскотине в лес вместе со стадом уже не безрогий телёнок, а рыжий бычок ростом с добрую корову.
Вырос Забодай.
И в первый же день случилось такое: в лесу ходил медведь. После зимней спячки он был злой и голодный.
Медведь обязательно задрал бы корову, но неподалёку щипал траву Забодай.
Как увидел он медведя, стал он рогами его бодать, ногами топтать — и убил его. А потом так взбеленился, что кинулся на своего же пастуха и загнал его на дерево.
С тех пор Забодая стали все бояться. Ему продели сквозь ноздри железное кольцо, приковали к цепи и заперли в коровник.
* * *
В тот колхоз «Краснолесье» приехала на лето со своей мамой одна девочка. Её звали Олечка.
Однажды пошли они обе погулять. Олечкина мама взяла с собой зонтик. Зонтик был не дождевой, а от солнца. Он был пёстрый-пёстрый, красный с жёлтым. И очень красивый, будто какой-то большой, удивительный цветок.
На лугах издалека его видно.
Девочка Олечка и её мама вышли на лужок около деревни, положили на траву раскрытый зонтик и стали собирать цветы. И вдруг они слышат какой-то рёв и крики.
Глядят: двери колхозного коровника распахнулись, и с громким рёвом и мычанием оттуда выскочил громадный бык. Это был Забодай. Он сорвался с цепи и разломал свою загородку в коровнике. Бык не спеша бежал по деревне прямо туда, где были Олечка с мамой. А за ним поодаль, опасаясь и останавливаясь, бежали люди.
— Берегитесь! Берегитесь! — кричали они. — Бык вырвался, Забодай вырвался!
А Забодай вдруг остановился. Он увидел Олечку с мамой на лугу, громко заревел, копнул копытами землю и во всю мочь кинулся к ним.
Тут колхозники даже и кричать перестали. «Ну, — думают, — сейчас забодает бык обеих: и мать и девочку».
Мать схватила Олечку на руки и побежала.
Да разве от быка убежишь?
Вон он как быстро скачет, вон он как страшно ревёт, вон у него пена изо рта клочьями падает на траву!
Бежит Олечкина мама со своей дочкой, изо всей силы бежит. Вот уж близко какой-то маленький домик.
«Добежать бы, добежать бы», — думает Олечкина мама.
И вдруг она слышит: снова закричали колхозники.
Только не разобрать что. Громко кричат, весело.
Оглянулась она и видит: уж не бежит за ней бык, он остался далеко и кого-то бодает. Что-то красное, что-то жёлтое болтается у него на рогах.
Это глупый бык с зонтиком воюет! Вдавливает его в землю лбом, топчет копытами.
Олечкина мама добежала до домика. Это был хлебный амбарчик с дверьми-воротами. Вскочила в него, захлопнула за собой дверь, и тут уж обе они заплакали.
Вот как напугались!
Забодай на мелкие кусочки разорвал, растоптал пёстрый зонтик. Нечего ему больше бодать. Бык успокоился и стал мирно щипать траву.
Выпустили к нему коров, и вместе со всеми коровами Забодай зашёл к себе в коровник. Там его, голубчика, снова посадили на цепь и крепко-крепко заковали.
А Олечкина мама с Олечкой уехала из этой деревни. Им всё казалось, что бык непременно ещё раз выбежит и кого-нибудь забодает.
