Случилось это очень-очень давно. Жил в одной деревне богач. Денег у него было да добра всякого видимо-невидимо. И все бы было ничего, если бы не был тот богач скрягой, каких свет не видел.
Вот как-то раз в самый канун Нового года постучал к нему в дом седовласый странник.
— Пусти меня погреться,— попросил он.— Замерз я, да и голоден. Пусти переночевать.
— Переночевать? — рассердился богач.— Не подобает мне всяких бродяг в дом пускать, да еще перед Новым годом. Всякий знает: кто первым в твой дом войдет, таким и весь год будет. Мне только нищего и не хватало! Иди, старик, прочь!
Позвал богач слуг. Схватили они палки, побили странника, а потом за ворота вытолкнули.
Вздохнул старик и дальше побрел. Видит — стоит на краю деревни дом — лачуга лачугой. Постучался странник:
— Пустите, добрые люди, на ночлег. Не дайте замерзнуть. Открыли страннику дверь старик со старухой, дряхлые – пре дряхлые, лет сто, почитай, на свете живут.
— Заходи, погрейся, — говорят,— только не обессудь: уж очень мы бедны. Угостить тебя нечем.
Вошел странник в дом, огляделся. «Вот бедность-то»,— думает.
А старики опять за свое:
— Прости нас, уж очень у нас неприглядно, бедно. Может, тебе лучше к богачу сходить, там, небось, сегодня знатное новогоднее угощение готовят!
— Угостили меня в том доме палками да руганью,— ответил странник.— Позвольте у вас остаться, вижу я, дружно вы живете.
— Что правда, то правда,— улыбнулись старики. — Денег нет—не беда, зато мы друг другу во всем помогаем, жаль только, что старыми стали.
— Новый год скоро придет. Давайте чай пить, — засуетилась старуха.
Принесла она кипяток да всем разлила. Напился гость чаю и говорит:
— Пора теперь и мне вас угостить. Неси, старик, хворост, а ты, старуха, котелок, да побольше.
Удивились старики: чего это странник задумал, что варить собрался? Но спорить не стали, все, как он велел, исполнили.
Разжег странник огонь, котелок поставил, рукой по нему провел, глядь — а в котелке рис с красными бобами! Да так много — до самого верха!
Вскочили старики, глаза вытаращили, слова вымолвить не могут.
— Садитесь, отведайте мое угощение,— засмеялся странник.— Меня после разглядывать будете.
Наелись старики до отвала, гостя поблагодарили и спать легли.
Наутро встали — нет странника.
— Слушай, старуха,— говорит старик,— не простой это странник был. Думаю я, что сам Бог Нового года к нам приходил.
— Вот ведь дожили! — всплеснула руками старуха.— С самим божеством рис ели!
Подивились старики и к божнице направились, помолиться, чтоб Новый год не хуже старого был. Только подошли — засверкала божница, засияла. Глядь — сидит на ней вчерашний гость, приветливо улыбается.
— Поздравляю вас с Новым годом,— говорит.— Не узнали вы меня давеча — а я Бог Нового года и есть.
— Прости нас, что бедностью тебя встретили,— стали извиняться старики.
— Не бедностью, а теплом и добротой,— ответило божество.— Очень мне у вас понравилось. Знайте же, что прихожу я к людям, чтобы злых наказывать, а добрых защищать. Решил я выполнить любое ваше желание. Говорите, чего от меня получить хотите.
— Да что ты, Бог Нового года,— замахали руками старики,— ничего нам не надо!
— Совсем ничего? — удивилось божество.
— Совсем,— кивнули старик со старухой.— Все у нас хорошо, только вот здоровья маловато: ноги совсем не ходят.
— Знаю я, как вас отблагодарить, — сказал Бог Нового года.— Верну я вам молодость. Живите счастливо и радостно.
Подозвал он старуху, руку ей на голову положил, и в тот же миг превратилась дряхлая старуха в юную девушку, статную и лицом пригожую. Подозвало божество старика, глядь — стоит рядом с красавицей юноша — волосы как смоль черные, глаза весельем светятся. Засмеялись парень и девушка, друг на друга глядя. А потом к божнице повернулись — нет старика. Пропал, как не было.
Разнеслась весть о чудесном превращении по всей деревне. Узнал богач, рассердился:
— Вы что, негодные, понять не могли, что не нищий к нам приходил, а сам Бог Нового года?—стал ругать он слуг.— Идите куда хотите, но старикашку этого хоть из-под земли достаньте и сюда приведите!
Побежали слуги по окрестным лесам и деревням—нигде найти старика не могут. Вдруг видят — сидит он под большим деревом, отдыхает.
— Господин Бог Нового года, пожалуйте к нам в гости,— стали зазывать его слуги.— Очень наш хозяин рад будет вас видеть.
— Ладно, так и быть, зайду к вашему хозяину,— согласилось божество.— Правда, у меня до сих пор бока намяты.
Только вошел Бог Нового года в дом богача, бросился хозяин ему в ноги.
— Прости,— говорит,— что не пустил я тебя ночевать, я же не знал, что ты божество. А теперь, раз пришел, омолоди меня скорее, да и жену мою тоже.
— Хорошо,— усмехнулось божество.— Зови всех, кто в доме есть.
Обрадовался богач, домочадцев своих собрал, да и слуг не забыл.
Погладил Бог Нового года богача и его жену по голове и начали они шерстью покрываться, пока в больших обезьян не превратились. Закричали обезьяны: «кя, кя, кя!» — и в горы убежали. А слуг богача превратило божество в мышей. Разбежались мыши по углам.
Опустел дом богача. Пошел Бог Нового года к беднякам и говорит:
— Нет больше у того дома хозяев. Идите туда и живите. Разрешаю я вам взять скот и поля, которые раньше богачу принадлежали. Трудитесь прилежно и живите в согласии.
Сказал и исчез. Переехали бедняки в дом богача. Только вот беда: стали обезьяны по ночам с гор прибегать да кричать злобно.
Надоело божеству слушать, как богач и его жена по-обезьяньи ругаются. Развел он на дорожке из гравия огонь. Прибежали обезьяны, перед домом сели, зад себе и опалили. Испугались они, закричали и прочь убежали.
Стали бедняки жить спокойно и счастливо. А у обезьян с тех самых пор зады красными остались, будто обожженными.
