Жили-были однажды муж с женой, и не было у них детей. Как-то вечером вздохнула женщина:
— Ну, хоть какое-никакое дитятко иметь, пусть даже горшок с цветком!
Глядь, а на подоконнике и впрямь цветочный горшок стоит.
Годы проходят — растет базилик, а вместе с ним растет и горшок. И вот стал горшок величиной с котел, а цветок — с ореховый куст. Случилось однажды проходить мимо царевичу. Увидал он базилик на окне, и полюбился чудесный цветок царевичу. Постучался он, высунулась на стук женщина из окна. Вот царевич ее и спрашивает:
— Отдай мне цветок, тетушка, ничего не пожалею, сколько ни попросишь!
Задумалась женщина: и горшка жаль, и разбогатеть хочется, но отдала все-таки цветок за тысячу флоринов. Принес царевич горшок во дворец, поставил его на окно в своей комнате и стал поливать утром и вечером.
А нужно вам сказать, что царевич тот имел обыкновение ужинать в одиночестве. И в тот самый день, когда он принес базилик, накрыли ему слуги стол, как обычно, уставили его разными яствами, а потом ушли и оставили царевича одного. Вот поел-попил царевич, цветком своим полюбовался, а потом лег и уснул. В головах его горела свеча, а в ногах — лампадка.
Только царевич уснул, вышла из базилика девушка — краше в мире не сыскать,- отведала угощенья, а потом взяла лампадку и поставила ее в головах, взяла свечу и переставила ее в ноги.
Проснулся утром царевич и видит: яства все съедены, лампада со свечкой переставлены! Не знает, что и подумать: дверь-то на запоре! На другой вечер вновь то же. Тогда решил царевич не спать и караулить незваного гостя. Видит, вышла из базилика девушка, краше в мире не сыскать, поела-попила, и только начала свечу с лампадой местами менять, он ее за руку и схватил:
— Зачем ты, мой светик, прячешься, от кого хоронишься?
— Ты меня увидал,- отвечает девушка,- тебе мною и владеть. Но смотри, никому меня не показывай!
— Хорошо, будь по-твоему,- согласился царевич и наказал слугам с тех пор накрывать стол на двоих.
Так прошло несколько месяцев, и случилось царевичу отправиться с отцом на войну. Тогда позвал он мать и дал ей такой наказ:
Вечером и утром цветок поливать,
Лучшие кушанья в комнате оставлять,
Дверь же всегда на запоре держать.
Сказал царевич и девушке:
— Не печалься, милая, я не задержусь, скоро буду.
Вот уехал царевич, а мать исправно исполняла его наказ.
Вечером и утром цветок поливала,
Лучшие кушанья в комнате оставляла,
Дверь же всегда на запоре держала.
Нужно сказать, что царевич наш был обручен с дочерью визиря. А с тех пор как появилась девушка из цветочного горшка, разонравилась принцу его невеста, перестал он бывать у нее и совсем позабыл, будто и не было никакой невесты вовсе!
Дочь визиря терялась в догадках: жениха словно подменили! И вот когда царевич уехал на войну, жена визиря с дочерью отправились в царские палаты подружиться-покумиться с царицей, а заодно и выведать, что случилось во дворце, почему царевич так переменился.
Пришли, посидели чуть, а потом пошли гулять по дворцу, в комнаты заглядывать. А как приблизились к закрытой комнате, жена визиря толк в бок дочку, та и говорит сладким голосом:
— Дозволь, царица, хоть одним глазком поглядеть на женихову комнату!
Царица отперла дверь, а визирева-то дочка туда порх! Смотрит: у окна, что на море глядело, девушка сидит, волосы золотым гребнем чешет. И если волос из гребня падал, тотчас в море золотой рыбкой оборачивался.
Тут смекнула визирева дочка: «Эге, да жених-то мой девушку в своей комнате прячет! Так вот отчего он меня знать не хочет!»
Подбежала она к девушке и толкнула ее в море. Да не утонула красавица: проходило в тот час солнце на закат, подхватило оно девушку на свои золотые лучи и перенесло красавицу прямехонько в дом своей матушки.
Вот пришло время поливать цветок, отперла царица комнату, а базилик-то увял! Пришла вечером — совсем засох цветок! И яства не тронуты! Царица себе места не находит — ключевой водой цветок поливает, а все без пользы!
Тут и отец с сыном вернулись. Побежал царевич в комнату, отпер дверь и что же видит: увял, засох базилик! Заплакал он, запричитал и мать упрекает:
— Почему, матушка, не поливала ты мой цветочек, а бросила его, и он засох, увял?
— Поливала я его, дитятко, в толк не возьму, что стряслось, почему он засох-увял!
— Или чужой кто приходил в комнату?
— Никого чужого, клянусь тебе, заходила только сюда разочек твоя невеста с матерью.
Догадался тут царевич, что произошло, и с горя тяжело заболел. Хотела дочка визиря прийти его проведать, но царевич прогнал ее прочь.
А девушка из цветочного горшка — краше в мире не сыскать — живет-поживает у солнца и, что ни день, у него спрашивает:
— Как там царевич поживает? Не пришел ли еще с войны?
— Нет, не вернулся еще, живи себе спокойно,- отвечало солнце всякий раз, но однажды сказало по-другому: — Вернулся твой царевич, но сразил его тяжкий недуг. Лучшие лекари понять не могут, что за болезнь его сушит: не ест, не пьет, а лежит и смотрит не отрываясь на засохший базилик. Думаю, недолго ему осталось жить.
— Солнышко милое,- взмолилась девушка,- прошу тебя, завтра поутру, как соберешься из дому всему миру светить, захвати меня с собой. Посветишь ты царевичу в окно, упадет луч на цветочный горшок, я по лучу побегу, в горшок прыгну.
И все, о чем просила девушка, солнце исполнило. Только девушка в цветок вошла — зазеленел, расцвел базилик и стал краше прежнего. Лишь увидал царевич, что базилик ожил, так и болезнь свою забыл, с кровати вскочил, радуется, смеется, вечера ждет.
Вот и вечер настал. Пришли слуги, принесли, как обычно, стол с яствами, запер царевич поскорее дверь, вышла тут девушка из базилика — краше в мире не сыскать,- села напротив царевича, и повели они разговор да беседу.
Быстро ночь пролетела, а наутро объявил царевич о свадьбе. И жил он со своей возлюбленной счастливо долгие годы. А злую дочку визиря с матерью выслали прочь из города.
