Приснилось раз царю, что, если не пойдет он воровать, не быть ему живым. Думал царь, гадал, к чему бы такой сон, ни до чего не додумался и пошел к ворожее. А ворожея тоже сказала, что должен царь пойти воровать, если хочет жив остаться.
Вечером переоделся царь в самую простую одежду и пошел на ту улицу, где были воровские притоны и куда никто вечером не осмеливался ходить.
На той улице и встретил царь жулика. Потолковали, познакомились, и уже договариваются, кого бы обобрать.
— Пойдем царя обворуем, — зовет царь: он же в своих палатах все ходы-переходы и все запоры наперечет знает.
— Царя? — удивился жулик да как закатит царю затрещину, такую, что тот еле на ногах устоял. — Чего бы это мы к царю полезли, ежели он у нас такой добрый, что нам, ворам, в его царстве жить вольготно? Пойдем лучше потрясем министра. Имей он цареву власть, всех бы нас на виселицу отправил.
— Будь по-твоему, пойдем, — согласился царь.
Дело, чтоб вы знали, в субботу было. Добрались они до министрова дома, глядят: в одном окне свет горит. Залез жулик на плечи царю, смотрит в окно, слушает, о чем у министра разговор идет.
— У нашего царя наследников нету, — говорит министр жене. — Помри он — некому, кроме меня, державой править. Да зачем ждать, пока к нему смерть придет, ее и поторопить можно. У меня все для этого приготовлено: отрава припасена и лекарь подкуплен. Соберем у нас завтра гостей, позовем царя, выпьет он вина бокал, тут ему и конец. А лекарь заверит, что у царя сердечный паралич.
Спрыгнул жулик с царских плеч, рассказывает: так, мол, и так. Под конец говорит:
— Пошли к царю, расскажем, он нас за это наградит. Условились пойти в театр, там подойти к царю и все рассказать.
А чтобы друг друга опознать, жулик взял царев картуз, а царь — жуликову шапку.
Пришел жулик в театр, глядь: товарищ его, которому он свою шапку дал, сидит в царской ложе, и все к нему как к царю обращаются. Перепугался жулик — и давай бог ноги. Однако его поймали и доставили к царю.
Ждал жулик смерти за ту оплеуху, что царю влепил. А царь приказал его одеть в придворный костюм и повез с собой к министру на ужин.
Приходят, а там уже стол накрыт, чуть не ломится, — столько на нем разных вин и закусок.
— Первый тост за царя! — говорит министр и наливает царю бежал вина.
— Первый тост за хозяина дома, — отвечает царь и возвращает бокал министру. Но министр не пьет.
Царь насильно заставил министра выпить отраву. Лекаря царь покарал смертью за то, что продался. А жулика назначил министром.
