Недалеко от Палермо стоят на двух холмах две деревни: Изнелло и Кьяна. Спросите наугад у любого жителя Кьяны – он вам скажет, что Изнелло хорошая деревня, только по воду ходить далеко. То же самое скажет вам о Кьяне любой житель Изнелло. И это будет сущая правда.
Известное дело, что повыше, то и к солнцу поближе, а солнце в тех краях жаркое. Вот оно и высушило холмы, словно два сухаря. Хоть насквозь их прокопай, до влаги не доберёшься. За каждой каплей воды и кьянцам и изнеллцам приходилось спускаться в долину между холмами.
Там был колодец, да такой глубокий и чистый, что воды в нём хватило бы ещё на три деревни.
Что и говорить, не так уж приятно таскаться в такую даль – вниз порожняком, в гору с водой. Мулы, как только к их бокам начинали приторачивать бочонки или бурдюки, поднимали громкий рёв. Ну, а люди? Люди, представьте себе, не жаловались. Всякому ведь интересно узнать, какие новости в соседней деревне. Так, запросто, в будни к соседям не выберешься – времени нет, да по гостям без приглашения и не ходят. А у колодца что ни день встречались жители обоих селений. Женщины судачили о разных женских пустяках, мужчины, посасывая трубки, обсуждали дела поважнее. Самая ленивая девушка в любую минуту готова была бежать к колодцу с глиняным кувшином, оплетённым прутьями; самый бездельный парень только и норовил запрячь мула и отправиться за водой. Сколько свадеб затевалось подле колодца, сколько он видел ссор, сколько примирений – и пересчитать трудно! А для ребячьих игр лучшего места не сыскать.
Однажды рано утром жители Изнелло первыми приехали за водой. И что же они увидели? У колодца расположилась лагерем большая стая ворон. Вороны орали так оглушительно, что если бы и кьянцы и изнеллцы принялись кричать все разом, они бы не услышали своих голосов. Птицы прыгали, дрались и хлопали крыльями. Но все это ещё полбеды! Самое главное, что на чистой воде колодца плавали перья, щепки и мусор, а земля вокруг была покрыта птичьим помётом.
Что только ни делали изнеллцы – и уговаривали ворон, и стыдили, и грозились. . . Так нет же, проклятые птицы и не думали улетать. Тогда кто-то из людей бывалых, повидавших свет, предложил поставить у колодца чучело.
Сказано – сделано. Изнеллцы не пожалели ни жердей, ни соломы, ни тряпок. Ох и чучело же получилось! Огромное, высокое! Оно стояло над колодцем и махало рваными рукавами. Вороны испугались и разлетелись, а изнеллцы набрали воды и уехали.
Думаете, этим и кончилось? Нет, с этого только началось. Едва уехали изнеллцы, с противоположного холма стали спускаться кьянцы. Издали они увидели страшного великана. Голова как бочка, туловище с три бочки, руки – что мельничные крылья. Как тут не испугаться! Кьянцы попробовали усовестить великана:
– Эй, ты! Отойди от колодца. Дай людям воды набрать.
Но великан молчал и только размахивал руками, угрожая кьянцам.
Под горячим солнцем и люди рождаются с горячим нравом. Гнев ударил в голову кьянским смельчакам. Они смазали заржавленные ружья, залегли на склонах холма и принялись палить. Эхо так и отдавалось между холмами.
Какой переполох поднялся в Изнелло! Видно, враги напали на Кьяну, грабят, разоряют! Не миновать и нам, изнеллцам, беды. Надо спасаться, пока не поздно! Мужья приказали жёнам:
– Увязывайте скарб, выводите скотину! Сейчас уйдём.
Тут женщины подняли вой и плач. Всего не унести, а нажитое горбом бросать жалко.
Женщины вопили, мужчины кричали, и вдруг кто-то додумался.
– Зачем бросать нажитое, когда можно отъехать от страшного места с деревней вместе.
Мигом закипела работа. Связали все верёвки, какие нашлись в селении. Пошли в ход и уздечки, и пояса, и шнурки от ботинок. Едва канат был готов, изнеллцы обвязали холм и принялись тащить его в сторону моря.
Тем временем кьянцы устали палить, да и порох у них кончился. А великан как стоял, так и стоит!
– Надо позвать на помощь людей Изнелло, – решили кьянцы. – Ведь колодец-то общий!
Трое самых отважных и ловких парней отправились из Кьяны в Изнелло, далеко обходя стороной колодец с великаном. Вернулись они бледные, напуганные ещё больше, чем раньше.
– Всему конец! Совсем беда! – заговорили они, перебивая друг друга. – Никого в Изнелло нет. Холм обвязан толстым канатом, а за холмом слышно: «Тяни дружней, тащи сильней!» Уходят изнеллцы на новое место. Видно, этого великана никто победить не может. Надо и нам уходить.
Взялись и кьянцы за дело. Свили канат и принялись тащить свой холм в другую сторону.
Чем бы всё это кончилось, – неизвестно, если бы не Чикко и Беппо. Оба прожили на свете, считая на двоих, ровнёхонько восемнадцать лет и были парни хоть куда. Чикко жил в Кьяне, а Беппо в Изнелло, но это не мешало им быть закадычными друзьями. Если мальчишки нападали на Беппо, Чикко вступался за него. Если нападали на Чикко, вступался Беппо. Ну, а уж если никто не нападал, друзья дрались между собой.
Дня за три до страшных событий Чикко и Беппо нашли вдвоём бесценное сокровище – старый обруч от рассыпавшейся бочки. Они его и гоняли, и подбрасывали вверх, и заставляли вертеться волчком. А к вечеру, когда каждому надо было возвращаться в свою деревню, решили спрятать общее сокровище, чтобы никому не было обидно. Зарыли они его в песок неподалёку от колодца.
И вот, как только обе деревни собрались переезжать, мальчики вспомнили о сокровище.
«Непременно надо захватить обруч с собой!» – подумал Чикко.
«Как бы не забыть обруч!» – подумал Беппо.
И оба побежали к колодцу. Как же это они не побоялись? Э, в девять лет пугаются совсем не того, чего боятся взрослые.
Чикко и Беппо сошлись у колодца и заспорили, кому достанется обруч. Спорили, спорили и, конечно, подрались. Да так, как ещё никогда не дрались. В конце концов обруч они поломали и каждый с рёвом побежал к своей матери.
– Ты где запропастился, когда переезжать надо? – спросили у Чикко.
– У колодца, – ответил Чикко.
– Как у колодца! И великан тебя не съел? – удивились кьянцы.
– Какой там великан! Там чучело из соломы. Изнеллцы поставили ворон отгонять.
Канат выпал из рук кьянцев.
– Ты где был? – спросили у Беппо.
– У колодца, – ответил Беппо.
– Как у колодца! И вражеские войска тебя в плен не взяли?
– Какие там враги! Это кьянцы палили по нашему чучелу.
Изнеллцы переглянулись и молча разошлись по домам. Так все и остались на своих местах: и Кьяна, и Изнелло, и чучело у колодца.
