Был у попа портной. Пошел он на село работать, а на ту пору не послал бог корму несчастному волку. Взобрался волк на гору, да и просит бога:
— Дай, господи, поесть, а то помру!
— Ох, ступай, — говорит, — волк, что встретишь попово, то и будет тебе в пищу готово. Идет волк, ходит кобыла.
— Здорово, кобыла, а ты чья?
— Ох, волк, я попова!
— Вот ты мне в пищу и готова!
— Ох, да посмотри, — говорит, — волк! Я была в городе, принесла бумаги.
Стал волк, разглядывает бумаги. А кобыла как скакнет, оглянулась — не видать уже волка.
Идет волк, думает; “И дурак же я однако! И не пан я и неграмотный, и зачем мне было какие-то бумаги разглядывать?”
Идет волк, а тут баран ходит.
— Здорово, баран! Ты чей будешь?
— Попов.
— Вот ты мне для пищи и готов!
— Ой, становись ты, волк, внизу, а я на горку взойду. Раскрой рот, а я сам к тебе и влечу.
Разогнался баран, как дал ему в лоб, так волку чуть конец не пришел.
Вот идет волк и думает: “И какой я дурак! Да разве я пан какой, что захотел легкого хлеба?”
Повстречал волк свиней.
— Здорово, свиньи! Вы чьи?
— Поповы!
— Вот для пищи вы мне и готовы.
— Ох, братец волк! Дозволь нам хоть песенку спеть. Пока свиньи волка манили, крестьяне заметили его и прогнали.
Идет волк, встречает портного.
— Здорово, портной! А ты чей?
— Попов!
— А-а, так ты мне для пищи готов!
— О-ох, братец волк! Дозволь мне тогда перед смертью хотя бы умыться. Дай мне твоим хвостом утереться.
Вот обкрутил портной руку волчьим хвостом и как всыпал ему трижды аршином, так волк чуть на месте и не остался…
Смекнул портной, побежал да на дубе и спрятался. Стал волк думать-гадать, как бы ему портного догнать. Собрал молодцов, подошел к самому дубу.
— Вон, братцы, сидит на дубе портной. А давайте-ка, братцы, достанем его оттуда…
Вот лег бесхвостый внизу, а остальные на него и взобрались; уже одному волку встать и портного достать.
А портной и говорит:
— Хотя бы понюхать перед смертью табаку. Понюхал:
— Апчхи!..
А волк подумал, что тот кричит: “Аршин”. И как махнет оттуда, — волки посыпались, схватили того волка и разорвали. И пропал бедняга.
